«Зачем они нас мучают?»: дикая история живущих на взлетно-посадочной полосе

19 сентября в международном аэропорту «Шереметьево» в торжественной обстановке и в присутствии первых лиц государства открылась третья взлетно-посадочная полоса (ВПП‑3) — там совершил посадку первый самолет, совершивший рейс из Санкт-Петербурга. Но лайнер встречали не только почетные гости, пресса и традиционная водная арка, а также местные жители из деревень Дубровки и Перепечино, чьи дома должны были расселить еще до начала строительства ВПП‑3. Но их так и не расселили…

О том, что эти населенные пункты, расположенные в Солнечногорском городском округе Московской области, оказались на пути новой взлетно-посадочной полосы аэропорта «Шереметьево», наша газета писала еще два года назад (см. «МК» от 6.06.17).

Написать о злосчастной доле двух подмосковных деревень Дубровки и Перепечино нас попросили сами жители. Стройка началась еще в 2012 году, люди жаловались, что уже несколько лет живут как в аду. Пыль, грязь, грохот строительной техники… Каждый новый день нес тяжкие испытания: то строители оставят без света, то без воды.

«МК» выяснил тогда, что проект строительства ВПП‑3 предусматривает полный снос деревень Дубровки и Перепечино еще на этапе подготовки территории под строительство в 2015 году. Но государственный заказчик и застройщик — Федеральное агентство воздушного транспорта (Росавиация) и ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)» (ФГУП «АГА(А)») начали работы, расселив только тех жителей, чьи дома оказались непосредственно на пути строительной техники, а все, кто жил хотя бы в ста метрах от грандиозной стройки, так и остались в зоне бедствия.

И вот прошло два года. Третья взлетно-посадочная полоса уже вовсю эксплуатируется: самолеты садятся и взлетают чуть ли не каждую минуту — по 45 машин в час, полеты начинаются в четыре утра и длятся до полпервого ночи, а деревенские обитатели продолжают жить в буквальном смысле слова у них под крылом.


фото: Наталья Мущинкина
У Натальи отрезали кусок участка ради ВПП-3, не заплатив ни копейки, после этого у нее случился инсульт.

* * *

По задумке проектировщиков, ВПП‑3 — это уникальный проект. Длина полосы — 3200 м, ширина — 60 м. Поэтому там смогут взлетать и садиться все типы воздушных судов, включая средне- и дальнемагистральные самолеты. Правда, от уже существующих терминалов «Шереметьево» новая полоса расположена далеко, кроме того, их разделяет Шереметьевское шоссе. Поэтому доставляют воздушные суда на ВПП‑3 по рулежной дорожке, которая проходит над шоссе по специальному мосту. Путепроводы для поездов и пароходов в столице есть, а для самолетов не было — в этом отношении проект, конечно, уникальный.

Но есть у него еще одна неповторимая изюминка — в нагрузку к новейшей аэродромной инфраструктуре, занимающей территорию в 500 с лишним гектаров, международный аэропорт «Шереметьево» получил больше сотни жилых домов, расположенных впритык к взлетно-посадочной полосе. Каково это пилотам — знать, что они садятся буквально на головы мирным селянам? Не дай бог, какое ЧП, и деревенские домики примут на себя всю мощь гражданского воздушного флота, как недавно это произошло в Раменском районе, только там пострадала кукуруза, а тут — живые люди.

Путь к деревне Перепечино извилист — свернув с Ленинградки, нужно долго лавировать между какими-то складами, а потом сразу оказываешься на границе двух миров. Слева — летное поле, современный аэродром. Справа — сиротливый ряд деревенских домов, покосившиеся заборы, брошенные на произвол собаки.

«Вы не представляете, что тут творилось перед запуском полосы, — рассказывает жительница Перепечина, Татьяна. — Включили отпугиватели птиц, имитирующие выстрелы, собаки как с ума посходили: выли, лаяли, носились по деревне».

Да что собаки, весь этот запредельный шум, который издают самолеты на взлете и посадке, людей тоже с ума сводит.

«Каждый раз, когда очередной самолет заходит на посадку и пролетает над деревней, я невольно втягиваю голову в плечи — это защитная реакция организма, а жена и вовсе не выдержала, уехала к детям жить», — поддерживает разговор другой житель деревни, Александр.

Действительно, таких уникальных населенных пунктов, чтобы с одной стороны деревенской улицы взлетали и садились самолеты, а с другой — за заборами своих фазенд жители занимались прополкой огорода, нет, наверное, больше нигде в мире.

Вот и получается, что, когда видишь, как огромный аэробус рулит через мост над Шереметьевским шоссе, охватывает гордость за матушку-Россию: вот сумели же построить в короткие сроки и на уровне мировых стандартов огромный современный авиационный хаб, даже зарубежные эксперты, присутствовавшие на запуске ВПП‑3, удивлялись, как у нас все тут круто устроено. Но стоит оглянуться на деревенские дома, будто от ужаса нахлобучившие поглубже на себя крыши, понимаешь, что особо гордиться нам нечем и до мировых стандартов здесь далеко.

На строительство новой ВПП потрачено 55,7 млрд рублей, по сравнению с этой суммой 1,5 млрд рублей, необходимые на расселение людей, попавших в зону аэропорта, не так уж и много, но их как раз почему-то и не хватило. Хотя жители уверены, что государство их давно выделило — так почему тогда люди оказались брошенными на произвол судьбы?


фото: Евгений Семенов

* * *

Крайний дом в Дубровках находится всего в 50 метрах от летного поля, Перепечино расположено сбоку и даже на горе над взлетной полосой, но зато самолеты взлетают и садятся прямо у них над головой. Жителям ни той ни другой деревни не позавидуешь.

Даже у корреспондента «МК» за пару часов, проведенных рядом с ВПП‑3, голос сел от напряжения — приходилось постоянно кричать, чтобы собеседник мог слышать, а потом и вовсе начали слезиться глаза и заложило нос — верный признак аллергической реакции на вредные примеси, которые образуются в воздухе от сжигаемого авиатоплива.

Немудрено, что у многих коренных жителей Перепечина не выдержали нервы еще на стадии строительства ВПП‑3, они бросили свои дома, живность и уехали, кто куда смог. Но не у всех есть запасная жилплощадь. У многих аборигенов, даже если они прописаны в Москве, в городе живут дети и внуки, а здесь сосредоточена вся их жизнь и все, что у них есть, нажито за долгую трудовую жизнь. Поговорить с журналистами «МК» вышли в основном люди немолодые, которые начинали строить свои дома еще в советское время, когда не было ни стройматериалов, ни особо больших денег.

«Я бы и рада уехать, да куда?! — горестно вздыхает Марина из Дубровок. — Внучок, каждый раз, когда самолет идет на посадку, хватается за ушки, а в первые дни вообще прятался под стол».

У другой женщины внучка стала жаловаться на головные боли, в школе ее осмотрел врач — оказалось, у ребенка высокое давление. Шум «взлетки» лишает их сна. А еще у всех местных аллергиков и астматиков начались обострения болезней, люди уверены: это из-за бензпиренового облака, которое образуется при сгорании авиационного топлива и накрывает деревни. Это вещество относится к первому классу опасности, поэтому любое жилье в санитарно-защитной зоне аэропорта категорически запрещено. Тем не менее оно есть…

С тех пор как тут началось строительство ВПП‑3, в Дубровках и Перепечине уже несколько человек похоронили. Среди диагнозов — инфаркт, инсульт, рак. Но оставшиеся в живых соседи говорят: это их третья взлетно-посадочная переехала!

Действительно, за время строительства жизнь в обеих деревнях стала невыносимой, жителей лишили даже питьевой воды. Например, старую водопроводную колонку в Перепечине сломала строительная техника, а новую не ставят.

«Говорят: а зачем вам колонка? Все равно вас сносить будут, — рассказывает Клавдия Полочкина, пенсионерка из Перепечина. — Всю жизнь мы с родниками прожили, какая вода хорошая была! А теперь ничего нет: ни родников, ни леса, скоро и нас со свету сживут. Мы не знаем, как жизнь свою планировать. Вот покупать мне дрова на зиму или нет? Зачем они нас тут мучают? Снесли бы сначала, а потом строили что хотели!»

Кстати, сама Клавдия, как и многие жители деревни, почти 30 лет проработала в «Шереметьево» — в порту, как здесь говорят. Она заправляла самолеты, поэтому к реву их двигателей она привыкла, а вот несправедливость пожилую женщину просто убивает. Дом старый, требует ремонта, из всех щелей дует, но если будут сносить, тогда зачем на него деньги тратить?

«Вот так и живем уже который год в полном смятении», — вздыхает Клавдия.

К слову сказать, Перепечино — старинная подмосковная деревня. В летописи ее впервые упоминают еще в XIV веке. Кто бы мог подумать, что она так бесславно закончит свою историю! А жители, которых, по сути, лишают родового гнезда, даже не могут узнать, какая участь их ждет впереди.


фото: Наталья Мущинкина

* * *

Люди жалуются, что самое страшное — неопределенность. Когда выселят? Сколько денег дадут?

Росавиация и ее дочерняя структура ФГУП «АГАА», которые были обязаны расселить людей еще несколько лет назад, до начала строительства, до сих пор не предъявили им даже результаты оценки имущества.

Еще летом эксперты, нанятые ФГУП «АГАА», провели оценку земли, но сколько денег жители получат и когда — до сих пор никому не известно. Такое впечатление, что чиновникам из авиационного ведомства доставляет удовольствие держать несчастных людей в состоянии полной неопределенности и страха.

«У всех подавленное настроение, — говорит Владимир Ильич, житель Дубровок, — многие руки опустили, не знают, что делать. Но бездействовать тоже нельзя. Если нас тут зимовать оставят, нужно топливо закупать. А если впереди переезд, то, наоборот, надо либо распродавать вещи, либо упаковывать и перевозить. А сколько денег нам за нашу поломанную жизнь заплатят, никто не знает. При этом нам уже сообщили, что на переезд с момента подписания соглашения отвели всего пять дней. А разве я за пять дней успею найти себе новое жилье, упаковать вещи, мебель и переехать? Ведут себя как садисты».

В Дубровках и Перепечине остались нерасселенными 107 семей; люди требуют, чтобы им сообщили результаты оценки, тогда они смогут хотя бы начать подыскивать себе жилье. Но вместо того чтобы работать с жителями конструктивно, успокоить их, создать максимально удобные условия для поиска нового жилья и переезда, чиновники их ставят в тупик: то сообщат о срочном переезде, то вдруг заявят «торопиться вам некуда, вы тут можете вообще до 2021 года задержаться».


фото: Наталья Мущинкина
В защитно-санитарной зоне ВПП-3 живут еще 107 семей.

* * *

«Если бы не глава Солнечногорского района, мы вообще от Росавиации никакой информации не смогли бы добиться. Это он нам и помещение для встреч с чиновниками выделил, и обязал их регулярно совещания с нашим участием проводить, каждые две недели», — рассказывает староста Дубровок Татьяна Смоленская.

Действительно, интересы жителей защищают сейчас лишь власти Подмосковья. В сентябре глава Роспотребнадзора по Московской области Ольга Микаилова обратилась с просьбой к первому вице-губернатору Московской области Ильдару Габдрахманову «оказать содействие» по скорейшему переселению жителей. В своем письме она отмечает, что еще 19 апреля 2019 года главный государственный санитарный врач РФ Анна Попова установила размеры санитарно-защитной зоны ВПП‑3, где четко указала: «с условием отселения из СЗЗ жителей до начала эксплуатации ВПП‑3», однако в нарушение действующего законодательства этого до сих пор не произошло.

А заказчик строительства ФГУП «АГАА», говорится в письме, хоть и произвел оценку объектов недвижимости, которые идут под снос, но не оформил с жителями деревень соглашения о выкупе из-за длительной бюрократической волокиты и бесконечных межведомственных согласований.

«С учетом необходимого времени на получение средств, подбор земельного участка и строительство нового жилья жители могут остаться проживать в границах установленной СЗЗ в центре действующего крупнейшего аэропорта как минимум в течение первого квартала 2020 года», — подводит итог областной Роспотребнадзор.

Однако главным остается вопрос: как вообще такое стало возможным, почему ВПП‑3 аэропорта «Шереметьево» была введена в эксплуатацию с такими вопиющими нарушениями? Каким образом Росавиация дала на это добро?

В самом аэропорту «Шереметьево» говорят, что не несут ответственности за расселение жителей. И это действительно так. Есть решение суда от 2017 года, который возлагает именно на Росавиацию обязанность по сносу домов. С юридической точки зрения это верно, но с человеческой — абсолютно непонятно, как аэропорт принял у Росавиации новую взлетно-посадочную полосу фактически с проживающими на ней людьми? А как же безопасность полетов? Никому из авиационных чиновников не приходило в голову, что доведенные до отчаяния люди могут совершить какие-нибудь крайние, экстремальные, необдуманные действия; а куча брошенных пустых домов, в которых могут оказаться в любой момент не только бомжи?.. Ведь санитарно-защитная зона так и называется, потому что служит безопасности и защищает пассажиров от любых ЧП. Сейчас эта зона практически открыта — заходи кто хочешь.


фото: Наталья Мущинкина

* * * 

На сайте ФГУП «АГАА» (специально для прессы) сообщается, что планируемый срок завершения мероприятий по выкупу у собственников Перепечина и Дубровок земельных участков — конец 2019 года. И есть еще ремарка: в случае отсутствия судебных споров. Неспроста суммы выкупа держатся в тайне и немыслимо короткий срок заложен на переезд, да еще в канун Нового года, когда страна полмесяца отдыхает, — все это сделано, чтобы надавить на психику несчастных людей и сломать их, вынудить принять любые условия, какие им предложат.

Смотрите фоторепортаж по теме:

Жители двух деревень возле новой ВПП аэропорта ждут расселения

46 фото

Но оказывается, что и это еще не все испытания, уготованные несчастным жителям Дубровок и Перепечина.

Когда материал уже готовился к печати, «МК» стало известно, что с 1 декабря одну из старых взлетно-посадочных полос в «Шереметьево» закроют на ремонт и нагрузка на новую взлетку резко возрастет. Если сейчас интенсивность полетов составляет 45 самолетов в час, то в декабре она может возрасти в несколько раз, и даже страшно подумать, что будет с жителями в таком аду. Невольно закрадывается мысль: а может, авиаторы сознательно создали такую запредельно невыносимую и бесчеловечную ситуацию с выкупом земли в Дубровках и Перепечине, чтобы минимизировать свои издержки?

Когда-то голландцы выкупили у аборигенов Манхэттен за стеклянные бусы, а кто не соглашался, тех ждала смерть. Сегодня вместо пуль применяют бензпирен и запредельные децибелы…

Источник: https://www.mk.ru/social/2019/10/24/zachem-oni-nas-muchayut-dikaya-istoriya-zhivushhikh-na-vzletnoposadochnoy-polose.html

Автор записи: K_O_S